чить.
- Ну, он прекрасно может изучить право в конторе судьи Пармали в Фе-
йетвилле, - беспечно отвечал Брент. - К тому же наше исключение ничего,
в сущности, не меняет. Нам все равно пришлось бы возвратиться домой еще
до конца семестра.
- Почему?
- Так ведь война, глупышка! Война должна начаться со дня на день, и
не станем же мы корпеть над книгами, когда другие воюют, как ты полага-
ешь?
- Вы оба прекрасно знаете, что никакой войны не будет, - досадливо
отмахнулась Скарлетт. - Все это одни разговоры. Эшли Уилкс и его отец
только на прошлой неделе говорили папе, что наши представители в Вашинг-
тоне придут к этому самому... к обоюдоприемлемому соглашению с мистером
Линкольном по поводу Конфедерации. Да и вообще янки слишком боятся нас,
чтобы решиться с нами воевать. Не будет никакой войны, и мне надоело про
нее слушать.
- Как это не будет войны! - возмущенно воскликнули близнецы, словно
открыв бессовестный обман.
- Да нет же, прелесть моя, война будет непременно, - сказал Стюарт. -
Конечно, янки боятся нас, но после того, как генерал Борегард выбил их
позавчера из форта Самтер, им ничего не остается, как сражаться, ведь
иначе их ославят трусами на весь свет. Ну, а Конфедерация...
Но Скарлетт нетерпеливо прервала его, сделав скучающую гримасу:
- Если кто-нибудь из вас еще раз произнесет слово "война", я уйду в
дом и захлопну дверь перед вашим носом. Это слово нагоняет на меня тос-
ку... да и еще вот - "отделение от Союза". Папа говорит о войне с утра
до ночи, и все, кто бы к нему ни пришел, только и делают, что вопят:
"форт Самтер, права Штатов, Эйби Линкольн!", и я прямо-таки готова виз-
жать от скуки! Ну, и мальчики тоже ни о чем больше не говорят, да еще о
своих драгоценных эскадронах. Этой весной на всех вечерах царила такая
тоска, потому что мальчики разучились говорить о чем-либо другом. Я
очень рада, что Джорджия не вздумала отделяться до святок, иначе у нас
были бы испорчены все рождественские балы. Если я еще раз услышу про
войну, я уйду в дом.
И можно было не сомневаться, что она сдержит слово. Ибо Скарлетт не
выносила разговоров, главной темой которых не являлась она сама. Однако
плутовка произнесла свои угрозы с улыбкой, - памятуя о том, что от этого
у нее заиграют ямочки на щеках, - и, словно бабочка крылышками, взмахну-
ла длинными темными ресницами. Мальчики были очарованы - а только этого
она и стремилась достичь - и поспешили принести, извинения. Отсутствие
интереса к военным делам ничуть не уронило ее в их глазах. По правде го-
воря, даже наоборот. Война - занятие мужское, а отнюдь не дамское, и в
поведении Скарлетт они усмотрели лишь еще одно свидетельство ее безуп-
речной женственности.
Уведя собеседников в сторону от надоевшей темы войны, Скарлетт с ув-
лечением вернулась к их личным делам:
- А что сказала ваша мама, узнав, что вас обоих снова исключили из
университета?
Юноши смутились, припомнив, как встретила их мать три месяца назад,
когда они, изгнанные из Виргинского университета, возвратились домой.

<-на предыдущую на следующую-->
к оглавлению