Буа-Траси, раз эта милая дама была столь любезна, что одолжила ему свой
платок!
Арамис бросил на д'Артаньяна один из тех взглядов, которые ясно дают
понять человеку, что он нажил себе смертельного врага, но тут же перешел
к обычному для него слащавому тону.
- Вы ошибаетесь, господа, - произнес он. - Платок этот вовсе не при-
надлежит мне, и я не знаю, почему этому господину взбрело на ум подать
его именно мне, а не любому из вас. Лучшим подтверждением моих слов мо-
жет служить то, что мой платок у меня в кармане.
С этими словами он вытащил из кармана свой собственный платок, также
очень изящный и из тончайшего батиста, - а батист в те годы стоил очень
дорого, - но без всякой вышивки и герба, а лишь помеченный монограммой
владельца.
На этот раз Д'Артаньян промолчал: он понял свою ошибку. Но приятели
Арамиса не дали себя убедить, несмотря на все его уверения. Один из них
с деланной серьезностью обратился к мушкетеру.
- Если дело обстоит так, как ты говоришь, дорогой мой Арамис, - ска-
зал он, - я вынужден буду потребовать от тебя этот платок. Как тебе из-
вестно, Буа-Траси - мой близкий друг, и я не желаю, чтобы кто-либо хвас-
тал вещами, принадлежащими его супруге.
- Ты не так просишь об этом, - ответил Арамис. - И, признавая спра-
ведливость твоего требования, я все же откажу тебе из-за формы, в кото-
рую оно облечено.
- В самом деле, - робко заметил д'Артаньян, - я но видел, чтобы пла-
ток выпал из кармана господина Арамиса. Господин Арамис наступил на него
ногой - вот я и подумал, что платок принадлежит ему.
- И ошиблись, - холодно произнес Арамис, словно не замечая желания
д'Артаньяна загладить свою вину. - Кстати, - продолжал он, обращаясь к
гвардейцу, сославшемуся на свою дружбу с Буа-Траси, - я вспомнил, доро-
гой мой, что связан с графом де Буа-Траси не менее нежной дружбой, чем
ты, близкий его друг, так что... платок с таким же успехом мог выпасть
из твоего кармана, как из моего.
- Нет, клянусь честью! - воскликнул гвардеец его величества.
- Ты будешь клясться честью, а я - ручаться честным словом, и один из
нас при этом, очевидно, будет лжецом. Знаешь что, Монтаран? Давай лучше
поделим его.
- Платок?
- Да.
- Великолепно! - закричали оба приятеля-гвардейца. - Соломонов суд!
Арамис, ты в самом деле воплощенная мудрость!
Молодые люди расхохотались, и все дело, как ясно всякому, на том и
кончилось. Через несколько минут разговор оборвался, и собеседники расс-
тались, сердечно пожав друг другу руки. Гвардейцы зашагали в одну сторо-
ну, Арамис - в другую.
"Вот подходящее время, чтобы помириться с этим благородным челове-
ком", - подумал д'Артаньян, который в продолжение всего этого разговора
стоял в стороне. И, подчиняясь доброму порыву, он поспешил догнать муш-
кетера, который шел, не обращая больше на него внимания.
- Сударь, - произнес д'Артаньян, нагоняя мушкетера, - надеюсь, вы из-
вините меня...

<-на предыдущую на следующую-->
к оглавлению
Любимые стихи любимых поэтов. Классика
Котельное оборудование