- Красивая? И молода? Это интересно, - снова напевая что-то веселое, стал прохаживаться барин по гостиной. – Я уж три месяца, как из-за границы. Поэтому, почитай, уж три месяца красивых женщин и не видал. Соскучился даже.
- И не только красивая, - не унимался Кузьмич, - но и телом такая сдоба, что таких, пожалуй, и за границей не сыскать!
- Ну, что ж, Кузьмич? – остановился барин. – Ты меня заинтриговал! Вези, пожалуй! И сегодня же! Только ночью, братец! Ночью! Это куда как романтичнее будет! Ночь, цыганка, карты! Вот это – шарман! Это по мне!
- А раньше ночи я никак и не обернусь, барин. Пока туда, да пока обратно.
- Вот и хорошо, дружок, - согласился Артур Ильич, наливая коньяк. – На-ка, братец, прими коньячка на дорожку. За успех дела...
Данила приходил домой из кабаков поздно. И это было наруку Ерре, особенно сегодня. Ведь ее мальчику исполнилось шестьдесят дней. Роковой час для него пробил. Она села на пол и поставила со спящим малышом корзинку перед собой. Воздев к потолку руки, ведьма торжественно и громко произнесла: «Господин тьмы! Пока мой сын мал и не может выбрать себе судьбу сам! Я – мать, хочу посвятить с первых же дней свое чадо тебе!.. И тело его, и душу!.. Явись, бобыль! Чтобы узнать мне волю моего господина!»
Но вместо бобыля неожиданно появился на привычном месте ужасного вида улыбающийся демон, с болтающейся, как и у бобыля, веревкой на шее.
- Кто ты? – растерянно спросила Ерра, от страха с трудом ворочая языком. – Я тебя не звала.
- Как, кто? – удивился демон. – Я же тот, кто служил Урре, а потом и тебе.
- Ты – не бобыль! Ты – ужас тьмы! – почти шепотом произнесла женщина.
- Ах?! Так, значит, твои очи уже видят меня? – рассмеялся демон. – Значит, уже скоро.
- Что скоро? – спросила ведьма, белая, как полотно.
- То, о чем ты мечтала, - ехидно ощерившись, сообщил черт. – Спеши встречать управляющего. Его послал за тобой молодой барин. Данила твой не помешал бы только. А насчет сына не беспокойся. Наш общий господин не зря отметил его, найдет и ему применение.
Дослушав кое-как беса, Ерра опрометью бросилась вон из избы, и уже на крыльце буквально свалилась в объятья Кузьмича.
- Ты что, девица-красавица?! – удивился тот.
Ерра боязливо оглянулась назад. И еле нашлась, что ответить:
- Со-сон! Страх, какой сон ужасный приснился!
- Ну, успокойся, успокойся, красавица, - ласково проговорил Кузьмич, обнимая цыганку. – Что ж ты? Одна ночуешь?
- Да, - прижимаясь к управляющему, произнесла Ерра жалобно. – Данила не больно домой спешит.
- Ну, раз нет его, так может сейчас и к лучшему? Я ведь по твою душу, Ерра. Барин молодой тобой интересуется, велел тебя сейчас к нему доставить.
- Зачем?
- Я тебе по дороге все расскажу. Пойдем скорей, пока твоего дурака нет.
- Почему же - дурака? – уже на ходу кокетливо спросила Ерра.
- А кто ж он? Если где-то шалабродничает, когда такая краля дома одна почивает, вместо того, чтобы любовными играми с нею развлекаться.
Кузьмич подсадил Ерру в двуколку, сел и сам, и уже тронул лошадь, как вдруг, из темноты, рука Данилы схватила кобылу под уздцы.
- Стоять! – вскричал пьяный староста грозно. – А ну, сказывай! Куды бабу мою повез?!
- К барину, - раздраженно ответил Кузьмич. – Погадать.
- Врешь!
- Приеду, все расскажу! – крикнула нетерпеливо Ерра.
- А приедешь ли?!. От молодого, да красивого?! Да высокого?! Да еще и богатого?! – ехидно спросил Данила.
- Да какой он богатый? – брезгливо протянул Кузьмич. – Да и дурак – тот еще. Мы по делу едем, Петрович, за ради нас всех! Будет он у нас хозяином – все заживем. Отпусти лошадь.
- Ну, если завтра не приедешь... – пообещал угрожающе Данила, отпуская упряжь.
- Что будет? – ехидно спросила Ерра.
- Что-нибудь, да будет, - загадочно ответил Данила. – С сынком твоим что делать?! – крикнул он вслед отъезжающей двуколке. – У меня титьки нет его кормить!
- Зато у твоей козы – две! – крикнула в ответ Ерра и захохотала, явно издеваясь над сожителем. Отчего тот только погрозил ей вслед кулаком и матерно выругался...
ГЛАВА 22
До вечера следующего дня Данила еще кормил мальчика мякишем хлеба, смоченным в козьем молоке, давая сосать ему через тряпицу. Кормил, а сам все картины рисовал в воображении своем, как барин наипохабнейшим образом с Ерркой его развлекается. Еще через день, прождав любовницу напрасно, он уже на крики сына и внимания не обращал. А еще через сутки тот уже и кричать не мог, так ослаб. Не дождавшись загулявшей бабы, под конец третьих суток, Данила решил ей отомстить так, чтобы уж на всю жизнь запомнилось. Он решительно подошел с длинным ножом к корзинке с ребенком, снял рывком с него шапчонку и замахнулся!..
Фантазии Данилы, насчет Ерры и барина, были недалеки от истины. Эта парочка сразу пришлась друг другу по вкусу. Целыми днями они отдавались любовным утехам и, когда Данила с ножом стоял у корзинки с ребенком, эти двое валялись в постели и довольно хохотали.
- А здорово мы этого немчуру, а, Ерра?! – красноречивым жестом подкрепил свои слова Артур Ильич. – Будет знать наших!
- Я же сказала, доверься мне! – прижимаясь к барину, напомнила Ерра.
- А я и доверился.
- Не жалеешь?
- Об чем ты, Еррушка? – ласково проговорил Артур Ильич, целуя любовницу. – Скажи-ка только, как на духу! Ты действительно элементами магии владеешь? Или интуиция так развита в тебе?
- Как на духу, я не умею, Артур, говорить. Скажу только, какая разница тебе? Если возьмешь с собой за границу, обещаю, удача у тебя всегда будет.
- Возьму конечно, дорогая! Ведь ты – клад!
- Ну, а жениться на цыганке тебе не зазорно было бы? – хитро посмотрела в глаза барина Ерра. Но тот, замешкавшись немного, все-таки нашелся с ответом:
- А что ж, может и женюсь... когда-нибудь. Это даже романтично: свадьба с цыганкой. Хотя я о женитьбе планов пока перед собой не ставил. Но... Будет это тогда скорее... когда мы разбогатеем, как англицкий банк, и... когда ты плат свой сбросишь долой, наконец! – рассмеялся он, обратив все в шутку. - А сейчас... я полвыигрыша бы нашего отдал за кружку кваса ядреного!
- Так я счас принесу, - встала с постели Ерра.
- Что ты?! Что ты?! Прислуга на то есть! – запротестовал барин, берясь за колокольчик.
- Прислуга не знает, где кувшин с моим квасом, на цветах папоротника, стоит, - хитро улыбнулась Ерра. – Я его, со дня приезда к тебе, настаиваю. Готов поди.

<-на предыдущую на следующую-->
к оглавлению
Любимые стихи любимых поэтов. Классика
Котельное оборудование