не видел.
Он тронул его за плечо. Дантес вздрогнул и покачал головой.
- Вы не спали? - спросил тюремщик.
- Не знаю, - отвечал Дантес.
Тюремщик посмотрел на него с удивлением.
- Вы не голодны? - продолжал он.
- Не знаю, - повторил Дантес.
- Вам ничего не нужно?
- Я хочу видеть коменданта.
Тюремщик пожал плечами и вышел.
Дантес проводил его взглядом, протянул руки к полурастворенной двери,
но дверь захлопнулась.
Тогда громкое рыдание вырвалось из его груди. Накопившиеся слезы хлы-
нули в два ручья. Он бросился на колени, прижал голову к полу и долго
молился, припоминая в уме всю свою жизнь и спрашивая себя, какое прес-
тупление совершил он в своей столь еще юной жизни, чтобы заслужить такую
жестокую кару.
Так прошел день. Дантес едва проглотил несколько крошек хлеба и выпил
несколько глотков воды. Он то сидел, погруженный в думы, то кружил вдоль
стен, как дикий зверь в железной клетке.
Одна мысль с особенной силой приводила его в неистовство: во время
переезда, когда он, не зная, куда его везут, сидел так спокойно и бес-
печно, он мог бы десять раз броситься в воду и, мастерски умея плавать,
умея нырять, как едва ЛЕГ кто другой в Марселе, мог бы скрыться под во-
дой, обмануть охрану, добраться до берега, бежать, спрятаться в ка-
кой-нибудь пустынной бухте, дождаться генуэзского или каталонского ко-
рабля, перебраться в Италию или Испанию и оттуда написать Мерседес, что-
бы она приехала к нему. О своем пропитании он не беспокоился: в какую бы
страну ни бросила его судьба - хорошие моряки везде редкость; он говорил
по-итальянски, как тосканец, по-испански, как истый сын Кастильи. Он жил
бы свободным и счастливым, с Мерседес, с отцом, потому что выписал бы и
отца. А вместо этого он арестант, запертый в замке Иф, в этой тюрьме,
откуда нет возврата, и не знает, что сталось с отцом, что сталось с Мер-
седес; и все это из-за того, что он поверил слову Вильфора. Было от чего
сойти с ума, и Дантес в бешенстве катался по свежей соломе, которую при-
нес тюремщик.
На другой день в тот же час явился тюремщик.
- Ну, что, - спросил он, - поумнели немного?
Дантес не отвечал.
- Да бросьте унывать! Скажите, чего бы вам хотелось. Ну, говорите!
- Я хочу видеть коменданта.
- Я уже сказал, что это невозможно, - отвечал тюремщик с досадой.
- Почему невозможно?
- Потому что тюремным уставом арестантам запрещено к нему обращаться.
- А что же здесь позволено? - спросил Дантес.
- Пища получше - за деньги, прогулка, иногда книги.
- Книг мне не нужно; гулять я не хочу, а пищей я доволен. Я хочу
только одного - видеть коменданта.
- Если вы будете приставать ко мне с этим, я перестану носить вам
еду.

<-на предыдущую на следующую-->
к оглавлению
Любимые стихи любимых поэтов. Классика
Котельное оборудование